"Да не будет этого с вами, все проходящие путем! Взгляните и посмотрите, есть ли болезнь, как моя болезнь, какая постигла меня, какую наслал на меня Господь в день пламенного гнева Своего?"

Пл. Иер 1:12

Иногда, сидя на Вечере Господней, я не могу не задать себе вопроса: "Что это со мной? Как я могу сидеть здесь, размышлять о страданиях Спасителя и не проронить при этом ни одной слезинки?" Над этим вопросом размышлял и безымянный автор: "Неужели же сердце мое из камня, Христос, что я могу стоять под Твоим крестом, смотреть, как кровь капля за каплей покидает Твое тело, и не рыдать? Ведь даже солнце и луна скрылись, и земля в полуночной тьме стонала и содрогалась от боли, и лишь мои губы сжаты в молчании. О великий Бог, я быть таким не должен, или же познаю гнев, что Он понес. О Господь, молю Тебя, обернись, взгляни еще раз, ударь по этой скале, по моему сердцу".

Другой автор писал в том же духе:

Я сам не пойму, почему

Моя любовь к Тебе не растет

С каждым разом, когда размышляю о тайне

Твоей великой любви и великой жертвы, О Агнец, прекрасный и нежный!

Я склоняюсь в восхищении перед тем, кто настолько тронут страданиями умирающего Искупителя, что не в силах сдержать рыданий. Таким был и один парикмахер-христианин, Ральф Руокко. Часто, орудуя ножницами, он говорил со мной об агонии, через которую прошел Спаситель. Вскоре на полотенце начали капать слезы, и он говорил: "Я не знаю, почему Он был готов умереть за меня. Я ведь совершенно негодный человек. Он знал это и все равно принял на кресте наказание за мои грехи".

Я часто вспоминаю одну грешницу, что слезами омыла Спасителю ноги и вытерла их своими волосами, что целовала Его ноги и мазала их миром (Лук 7:38). Хотя она и жила по другую сторону Креста, но эмоционально она была с ним в большей гармонии, чем я со всеми моими знаниями и привилегиями.

Почему же мое сердце так холодно? Потому ли, что я вырос в культуре, где считается, что настоящие мужчины не плачут? Если это так, то я и знать об этой культуре ничего не желаю. Слезы и рыдания в тени Голгофы - это не позор; позор - стоять там, не проронив ни слезинки.

Поэтому вслед за Иеремией я должен молиться: "О, кто даст голове моей воду и глазам моим - источник слез! Я плакал бы день и ночь" (Иер 9:1). Я бы плакал над страданиями и смертью, что принесли безгрешному Спасителю мои грехи. И я всем сердцем присоединяюсь к бессмертным словам Иакова Уотса: "Пусть всякий раз, когда перед моими глазами встает Его крест, мое лицо начинает гореть от стыда; прошу, пусть мое сердце тает от благодарности и глаза наполняются слезами".

Господь, спаси и сохрани меня от проклятия христианства, не знающего слез.