И новый прилив благоговения заполонил все его существо, будто окунулась душа в мягкие, ласковые волны неизведанного ею доселе покоя. А может быть, недоступного ей? Не разглядеть его за мирской суетой, за постоянным противоборством с самим собой, за извечным стремлением человека к самоутверждению. И вот теперь пришло прозрение: так с утренним рассветом прозревает день после долгого сумрака ночи. «Суета сует – все суета! Что пользы человеку от всех трудов его, которыми он трудится под солнцем?» Если бы в тот момент кому-то случилось заглянуть в купе, он бы увидел, как пожилой майор медленно сполз с лавки на колени, уткнулся лицом в ладони и... разрыдался. Для постороннего глаза – беспричинно, без повода; кому понять, что осознал он вдруг величие Бога в Его столь зримом прикосновении к себе? Слезы очищали душу, наполняли ее чувством причастности к таинству Божьего откровения и свидетельствовали о его искренней благодарности Богу. Все в нем восторженно пело: «Бог есть, Он рядом, я слышу, я чувствую Его всем сердцем!» Чудное, неземное, ни с чем не сравнимое блаженство и покой! «Только в Боге успокаивается душа моя; от Него спасение мое» (Пс. 61:2). Потом он назовет это своим «покаянием без свидетелей». На бурных перекатах.
Виталий Полозов

image